Фамилия Смирдин — один из тех случаев, когда за привычным звучанием скрывается неожиданная профессия. Первая мысль, что она связана со словом «смирный», ошибочна. Основа здесь — «смирда». В древнерусском языке так называли крестьянина, земледельца, простолюдина, а в новгородских землях — особую категорию зависимого населения, что-то среднее между холопом и свободным смердом. Корень тот же, что и в слове «смерд».

Фамилия образована по продуктивной модели с суффиксом -ин, который указывает на принадлежность: «чей сын?» — Смирдин, то есть сын Смирды. Такой суффикс типичен для фамилий, произошедших от прозвищ или имен, оканчивающихся на -а, -я. В данном случае прозвище Смирда могли дать человеку не по характеру, а по социальному положению или роду занятий — например, крепостному крестьянину, который работал на земле.

Географически фамилия крепко привязана к северо-западу России. Это не случайно: именно в новгородских и псковских землях слово «смирда» бытовало особенно долго, и документы XVI–XVII веков фиксируют там множество людей с таким прозвищем. Позже, с отменой местничества и развитием фамилий, Смирдины могли расселиться по всей стране, но корни у них почти наверняка новгородские.

Интересная деталь: фамилия Смирдин — редкий пример, когда в основе лежит социальный термин, а не личное имя, ремесло или черта характера. Большинство русских фамилий на -ин образованы от крестильных имён (Иванов сын — Иванин, позже Иванов). Здесь же мы видим отражение сословной структуры Древней Руси. Носитель такой фамилии мог происходить из крестьян, причём из тех, чей статус был ниже обычного свободного землепашца.

В истории фамилия получила известность благодаря книгоиздателю Александру Филипповичу Смирдину (1795–1857), который, кстати, сам был выходцем из купеческой, а не крестьянской среды. Но его фамилия — яркое напоминание о том, что даже в XIX веке люди носили «прозвищные» фамилии, за которыми стояла многовековая социальная история.