Фамилия Смородских — яркий представитель севернорусской модели образования фамилий. Её окончание -их (а в родительном падеже — -их- + -ск-?) здесь работает хитрее. На первый взгляд, перед нами типичная фамилия на -ских, которых много в центральной России и на Урале. Но если приглядеться, это форма родительного падежа множественного числа от прилагательного на -ский, застывшая в XIX веке. То есть первоначально звучало как «Смородский», а в документах писали «Смородских» — из семьи Смородских. Такая трансформация встречается у фамилий, которые долго бытовали в крестьянской среде, где падежное окончание прижилось как постоянное.

Основа фамилии — прозвище или мирское имя Сморода. В русских говорах «сморода» — это не только ягода, но и резкий, едкий запах, гарь. Человека могли прозвать Смородой за въедливый характер, за привычку «жалить» словом, а может, за профессию, связанную с дымом или гарью — например, кузнеца или смолокура. Второй вариант: прозвище от растения, данное по месту жительства — у речки Смородиновки или в местности, изобилующей кустами смородины. В старину такие «растительные» прозвища были распространены: Осина, Калина, Сморода.

Суффикс -ск- в этой фамилии указывает на принадлежность к месту или роду. То есть Смородских — это «те, кто из рода Смороды» или «выходцы из урочища Сморода». Географически фамилия тяготеет к Вятке, Пермскому краю и северу Урала — регионам, где фамилии на -их и -ских особенно часты. В документах XVII–XVIII веков можно встретить крестьян Смородских в Слободском уезде Вятской губернии.

Редкость фамилии в том, что она сохранила старую падежную форму в написании. Многие однокоренные фамилии (Смородин, Смородинов, Смородский) остались в именительном падеже, а Смородских — как бы застыла в ответе на вопрос «чьих?». Это не ошибка писаря, а устойчивая региональная особенность.