Фамилия Старощук звучит по-украински, и это не случайность: её основа восходит к слову «староста». Вопрос лишь в том, как именно из «старосты» получился «Старощук». Самая правдоподобная версия ведёт к существительному «старощенье» — так в старину называли не должность, а само «сидение в старостах», то есть исполнение обязанностей главы общины. От этой основы и образовали прозвище Старощук, которое затем закрепилось как фамилия. Получается, что предок носителя был не просто старостой, а человеком, которого эта служба выделила из среды односельчан.

Модель образования здесь типична для западноукраинских земель: суффикс -ук (-щук после шипящего) указывал на принадлежность или связь. Если Иван — сын Старосты, его могли назвать Старощуком. Такой же путь прошли фамилии Бондарчук (сын бондаря) или Ковальчук (сын кузнеца). То есть фамилия отвечает не на вопрос «кто ты?», а на вопрос «чей ты?», и это делает её скорее семейным прозвищем, закрепившимся за родом.

Исторический след фамилии ведёт на Подолье. В источниках упоминается Николай Васильевич Старощук, родившийся в 1891 году в селе Адамовка Каменецкого района Подольской губернии. Эта запись ценна сразу по двум причинам. Во-первых, она подтверждает бытование фамилии в конце XIX века именно в тех краях, где суффикс -ук был массовым. Во-вторых, Адамовка стояла на землях, где сельская община сохраняла сильные традиции самоуправления, а значит, староста там был фигурой заметной и уважаемой.

Интересно, что фамилия не получила распространения в великорусских губерниях, где её неизбежно переделали бы в Старощукова или Старостина. Она осталась локальной, крепко привязанной к украинской традиции именования. Это не делает её редкой в абсолютном смысле, но придаёт ей чёткий региональный характер: услышав Старощука, можно с высокой долей уверенности предположить западноукраинские корни рода.

Если допустить альтернативу, то иногда основой видят прямое прозвище «Старый» или «Старощук» в значении «старик, старожил». Но эта версия слабее: она не объясняет характерный суффикс, который в украинской антропонимии почти всегда работал на родство или принадлежность, а не на возраст. Смысл «сын старосты» или «тот, кто из семьи старосты» выглядит и логичнее, и исторически оправданнее для Подолья.

Так что фамилия Старощук — это не просто «потомок старосты». Это метка социального положения рода, застывшая в языке. Предок, получивший такое прозвище, скорее всего, действительно сидел в старостах, вёл мирские дела, собирал подати или судил односельчан. И память об этом занятии пережила века, превратившись в то, что мы пишем в паспорте.