Фамилия Стратюк звучит по-украински и по форме, и по духу. Это типичная украинская фамилия, образованная по распространённой модели с суффиксом -юк, который в Поднепровье и на западе Украины указывал на сына, потомка или ученика. Если разобрать её до основания, мы выйдем на мужское имя Евстратий, а точнее — на его просторечную, народную форму Страт.

Имя Евстратий — греческого происхождения, и его значение переводят как «добрый воин» (от «эу» — хорошо, добро и «стратиотес» — воин). В православных святцах это имя связано с раннехристианским мучеником Евстратием Севастийским, которого почитали на Руси. В народной среде длинное и книжное Евстратий быстро сокращалось: в обиходе использовали формы Страт, Стратий, Острат. От этих обиходных вариантов и пошли фамилии: Стратов, Стратьев, Страшко, Стратюк.

Есть и другая версия, которую приводят исследователи, но она менее вероятна. По ней, в основе фамилии лежит не имя, а прозвище Стратюк, связанное с украинским глаголом «стратити» — казнить. Так могли прозвать человека сурового, либо того, кто имел отношение к исполнению приговоров. Однако даже если такое прозвище и существовало, имя-основа выглядит убедительнее: слишком много однокоренных фамилий (Стратов, Стратиенко, Стратинюк) указывают на крестильное имя, а не на глагол.

Суффикс -юк в фамилии Стратюк — это ключ к её географии. Такие фамилии массово встречаются на Волыни, в Подолье и в Галиции, то есть в западных и центральных областях Украины. Носитель фамилии Стратюк — почти наверняка потомок человека, которого в документах XVII–XVIII веков записали как «Страт», то есть Евстратия, а его дети уже стали Стратюками — «Стратовыми сыновьями».

Сословного барьера у этой фамилии не было: её носили и казаки, и крестьяне, и мещане. В Российской империи фамилии на -юк считались простонародными, поэтому в официальных бумагах их часто переделывали на русский лад, добавляя -ов. Так из Стратюка могли сделать Стратюкова, но на самой Украине форма сохранилась в первозданном виде. Сегодня фамилия остаётся распространённой в Украине, а после волн эмиграции XIX–XX веков встречается и в диаспоре — в Канаде, США, Аргентине.