Фамилия Тарусова звучит так, будто напрямую указывает на город Тарусу в Калужской области. Логика простая: предок жил в этом древнем городе на левом берегу Оки, а его потомки стали Тарусовыми. Такой вариант происхождения действительно самый распространенный и правдоподобный. Но у этой фамилии есть и другая, менее очевидная версия, которая уводит нас не на юг, а на север, в новгородские земли.

Там, в новгородских говорах, словом «таруса» называли всякую чушь, бессмыслицу и вздор. Согласитесь, забавно представить, что далекий предок получил прозвище Тарус не за место жительства, а за привычку молоть языком всякую ерунду. Болтуна и пустомелю вполне могли так дразнить. Потомки такого говорливого человека, сами того не ведая, унаследовали от него не только черты характера, но и фамилию Тарусова.

Что интересно, обе версии сходятся в одном: в основе лежит прозвище или имя собственное, а не церковное имя. Морфологически фамилия образована по простой и очень продуктивной модели: к основе «Тарус» добавили типичный русский суффикс притяжательности «-ов». Это означает, что изначально форма звучала как «Тарусов сын» или «сын Таруса», то есть указывала на прямого потомка человека с таким прозвищем.

Сравните с однокоренными фамилиями: Тарутин, Тарунин, Тарусов. Все они, скорее всего, выросли из одного корня, но разошлись в разные стороны. Тарусов — самая прямая отсылка к городу, а вот Тарутин или Тарунин могли закрепиться за выходцами из других мест или за носителями иных прозвищ. Это лишний раз показывает, как причудливо ветвится генеалогическое древо.

Выбрать между «географической» и «прозвищной» версией сложно. Слишком мало данных. Но, пожалуй, версия с городом выглядит весомее: Таруса — известный исторический центр, и фамилии, образованные от названий городов, в России очень часты. Версия с «бессмыслицей» — скорее экзотика, но и ее сбрасывать со счетов нельзя, ведь прозвища на Руси давали не всегда за доблесть.

Так что, если вы встретили человека с фамилией Тарусова, перед вами может стоять потомок жителя живописного городка на Оке или же наследник того самого новгородского балагура, который любил поговорить. Правду, как это часто бывает, знает только семейное предание.