Фамилия Терсенов звучит непривычно для русского уха — в ней нет типичных для славянских прозвищ корней, связанных с ремеслом или внешностью. Всё потому, что в её основе, скорее всего, лежит древнее личное имя Терсен, которое, как полагают, восходит к греческому Тирсен — варианту имени Тиррен.

За этим именем стоит яркая античная легенда. В греческой мифологии Тирсен — сын царя Лидии Атиса. Когда в его землях разразился страшный голод, царь разделил народ на две части: одна осталась на родине, а другую, переселенцев, повёл за море сын Тирсен. Добравшись до Италии, они основали город и стали называть себя тирсенами — по имени своего предводителя. Позже греки перенесли это имя на соседние негреческие племена, а с V–VI веков до н. э. слово «тирсены» прочно связалось с этрусками. Так что, если версия верна, фамилия Терсенов хранит память о целом народе, а не просто о конкретном человеке.

Однако в русской ономастике есть и более приземлённый вариант. Имя Терсен могло попасть на Русь вместе с греческой письменной традицией, через церковные книги или контакты с Византией. Его могли давать при крещении, а уже от него образовали отчество: Терсенов — буквально «сын Терсена». Эта модель типична для русских фамилий: суффикс -ов указывает на принадлежность к отцу.

Фамилия редкая, и это важно. Процесс закрепления фамилий в России был долгим, поэтому точно сказать, где и когда именно возник род Терсеновых, нельзя без глубоких генеалогических изысканий. Но само сочетание редкого греческого корня и русского патронимического суффикса делает её интересным примером того, как античная мифология и местные языковые привычки встречались в одном слове.