Фамилия Тринус, а также её фонетический вариант Тринусь, в большинстве случаев восходит к прозвищу, а не к крестильному имени. Самая вероятная основа — украинское слово «трина», то есть опилки. Прозвище Тринус могли дать человеку, чья работа была связана с деревом: пильщику, лесорубу или столяру. Такие «профессиональные» прозвища закреплялись за родом и позже оформлялись в фамилию, причём на украинской почве нередко без привычного для русского уха суффикса -ов или -ин, а в «чистом» виде.

Существует и другая, менее очевидная версия, которая уводит нас в балтийские языки. Литовский глагол trinkti переводится как «мыть». Если принять эту гипотезу, прозвище Тринус могло закрепиться за чистоплотным человеком или за тем, кто по роду занятий часто имел дело с водой и мытьём. Эта версия правдоподобна для земель, где украинское и литовское население жило вперемешку, но всё же уступает первой: связь с опилками более естественна для прозвища, которое легко понять без перевода.

Третья гипотеза выводит фамилию из имени Трифон через цепочку уменьшительных форм: Трифон — Триня — Тринусь — Тринус. Имя Трифон восходит к древнегреческому τρύφων, что значит «нежный». Покровителем имени считают святого Трифона Фригийского, проповедовавшего христианство и пострадавшего за веру в годы правления императора Гордиана (248–344). Однако такая словообразовательная цепочка менее убедительна: формы Триня и Тринусь действительно встречаются, но превращение их в короткую фамилию Тринус без какого-либо суффикса выглядит натянуто. Скорее всего, перед нами случайное совпадение звучания, а не родство.

Сама форма фамилии — без суффикса, с конечным -ус — указывает на украинское или белорусское происхождение рода. Подобные «голые» прозвища в фамилии нередко фиксировались в казацкой среде и среди крестьянства на землях современной Украины и юга Беларуси. Именно там слово «трина» было в ходу, и именно там литовское влияние на говоры ощущалось сильнее всего. Так что география бытования фамилии косвенно поддерживает первую версию.

Известных носителей фамилии, о которых можно было бы рассказать подробно, в открытых источниках немного, поэтому основная ценность фамилии — в её прозрачной этимологии. Она не таит загадок: перед нами прозвище по занятию или, реже, по привычке, которое закрепилось за родом и пережило несколько столетий.