Фамилия Цапеев звучит так, будто её носитель как-то связан с цаплей. И это первое, что приходит в голову: основа «цап-» отсылает к болотной птице. Однако в русском языке слово «цапля» имеет долгую историю, а сама фамилия образована по простой и понятной модели: корень плюс суффикс принадлежности -ев. Формально это отчество или прозвище, превратившееся в фамилию: Цапей — сын Цапея, то есть «Цапеев». Но кто такой этот Цапей?

Самая прямая версия — прозвище Цапля. В старину людей нередко называли по внешнему сходству с животными или птицами: долговязый, худой, с длинными ногами или характерной походкой. Цапля стоит на одной ноге, высматривает добычу — такое поведение тоже могло стать поводом для прозвища. От «Цапля» легко образовалась уменьшительная или обиходная форма «Цапей», а от неё — фамилия. В пользу этой версии говорит и то, что фамилии на -ев от названий птиц встречаются сплошь и рядом: Воробьёв, Соколов, Гусев, Лебедев. Цапеев вписывается в этот ряд, хоть и реже.

Но есть и другой, менее очевидный вариант. В южнорусских и украинских говорах слово «цап» означало козла (отсюда украинское «цап» — козёл). Прозвище Цап давали упрямому, бодливому или бородатому человеку. Форма «Цапей» могла возникнуть как патроним от этого прозвища, а «Цапеев» — уже его русифицированная версия. Эта версия правдоподобна для фамилий, распространённых в Курской, Белгородской, Воронежской областях и на Кубани, где сильно украинское влияние. География тут — ключ: если искать корни Цапеевых, стоит смотреть именно на юг России и восток Украины.

Словообразовательный нюанс: суффикс -ев, а не -ов, указывает на то, что основа оканчивалась на мягкий согласный или й. В случае с «Цапей» (а не «Цап») это логично. Если бы исходным было «Цапля», то вышло бы «Цаплин» (сравните: «Цаплин» — тоже существующая фамилия). То, что носители закрепили именно «Цапеев», а не «Цаплин», говорит в пользу версии с прозвищем Цапей, а не прямым птичьим названием.

В сословном плане фамилия типично крестьянская или казачья. Дворянских родов Цапеевых в истории не зафиксировано, а значит, её носители — потомки людей, получивших фамилию по прозвищу в XVI–XVIII веках, когда массово оформлялись фамилии у непривилегированных слоёв. Встречаемость фамилии сегодня невысокая, что делает её ценной для генеалогии: найти однофамильцев — почти наверняка найти родственников.