Фамилия Цупин — яркий пример того, как по суффиксу можно восстановить социальный контекст. Она образована с помощью типичного русского суффикса принадлежности -ин, который в большинстве случаев указывает на происхождение от отца: «чей?» — Цупин, то есть сын Цупы. В отличие от фамилий на -ов/-ев, которые часто давались крестьянам и духовенству, фамилии на -ин в центральной России чаще встречались у служилых людей, мещан и купечества, хотя это правило не абсолютно.

Основа фамилии — прозвище Цупа. Его происхождение неочевидно, и тут есть несколько версий, но самая правдоподобная — диалектная. В южнорусских и украинских говорах «цупа» могло означать человека с выдающимися губами или с особой манерой говорить: «цупать» — шепелявить, причмокивать, невнятно жевать слова. Так могли прозвать неразговорчивого или, наоборот, того, кто говорил с характерным дефектом.

Менее вероятна, но возможна связь с польским или белорусским словом «цупа» (чуп, хохол). В этом случае прозвище могло относиться к человеку с длинной чёлкой или с необычной причёской. Однако для русского ономастикона такой корень редкость, и фамилия Цупин почти не встречается на западе России, что делает эту гипотезу слабой.

Географически фамилия Цупин довольно редкая. Основные очаги её бытования — Курская, Белгородская и Воронежская области, а также восток Украины (Харьковщина, Сумщина). Это совпадает с ареалом южнорусских говоров, где «цупать» действительно употреблялось. В более северных регионах фамилия практически не фиксируется, что подтверждает диалектную версию.

В дореволюционных документах фамилия могла записываться с «ять» или через «ы» — Цыпин, но это разные фамилии. Цупин — более устойчивый вариант, который не менял формы при переписях. Сословно предки Цупиных, скорее всего, были государственными крестьянами или однодворцами — особым слоем, жившим на южных рубежах и нёсшим сторожевую службу. Фамилии на -ин у однодворцев не редкость.

Если искать однокоренные фамилии, то это Цупа (без суффикса) и Цупов (с более редким окончанием). Но Цупин — самая распространённая форма, и именно в ней сохранилась память о прозвище, которое когда-то дали предку за особенность речи или внешности.