Фамилия Узун — это, по сути, застывшая форма древнего тюркского прозвища или имени, которое напрямую описывало внешность предка. Смысл прост и прозрачен: с азербайджанского «узун» переводится как «длинный, высокий». То есть человек, первым получивший такое имя, был, скорее всего, очень высоким и, вероятно, худощавым. В казахском языке есть родственное слово «уъзын» с тем же значением — «длинный», что подтверждает древность и широкую распространённость этой основы у разных тюркских народов.

Словообразовательная модель здесь необычна для русских фамилий: мы видим не типичный суффикс -ов или -ин, а чистую основу. Фамилия не прибавляла окончание, а закрепилась в документах именно в той форме, в какой её записали со слов носителя. Это характерно для фамилий, которые фиксировали у тюркских народов в XIX — начале XX века, когда составляли ревизские сказки и метрические книги.

Тут стоит развести две версии происхождения. Первая — прозвищная. В среде, где люди знали друг друга в лицо, прозвище Узун («Длинный») было естественным способом выделить человека из толпы. Такие прозвища не носили оскорбительного оттенка, а работали как практичный идентификатор. Вторая версия — личное имя. У некоторых тюркских народов имя Узун действительно бытовало как самостоятельное, и со временем оно перешло в разряд фамилий. Обе гипотезы не противоречат друг другу: имя вполне могло вырасти из прозвища, которое дали ребёнку за его стать.

География фамилии широкая, но с явным центром тяжести на Кавказе и в Средней Азии. Чаще всего Узун встречается у азербайджанцев, а также у народов Дагестана, где тюркские языки веками соседствовали с местными. Встречается она и среди казахов, и у крымских татар, что лишний раз говорит о единой тюркской основе, а не о случайном совпадении звучания.

Интересная деталь: в русском бытовании фамилия часто склоняется по правилам мужского рода — «Узун приехал», «письмо Узуну». Но у самих тюркских народов она остаётся неизменяемой, поскольку исходное слово — прилагательное, а не существительное с привычным для русского уха окончанием. Эта двойственность нередко создаёт путаницу в документах, но для историка она — лишнее подтверждение того, что фамилия не переводилась и не адаптировалась, а вошла в обиход в первозданном виде.

Отдельного упоминания заслуживает то, что фамилия не имеет отношения к роду занятий или социальному статусу. В отличие от фамилий, образованных от профессий (Кузнецов, Плотников) или от отчеств (Иванов, Петров), Узун описывает человека напрямую, через его физическую характеристику. Это редкий для русской ономастики случай, когда прозвище не обросло суффиксами и не «обрусело», а сохранило свою тюркскую плоть.