Фамилия Ваньёва — редкий случай, когда ударение ставит подсказку к происхождению. Если произносить Ваньёва, а не Ваньева, то перед нами не отчество от имени Ваня (там было бы Ваньёв с беглым гласным, но ударение на корне), а притяжательное прилагательное от прозвища Ваньёй. Такая модель образования — суффикс -ёв, указывающий на принадлежность, — характерна для северных и сибирских говоров, где часто «ёкали» и сохраняли старую форму.

Основа Ваньёй — это не просто ласкательное от Иван. В диалектах русского языка «ваньёй» могли называть нерасторопного, простоватого человека или, наоборот, того, кто любил прикидываться простаком. В некоторых местностях так говорили о бродяге или нищем, который ходил с сумой, — от глагола «ванькать» (шататься без дела). Таким образом, первый носитель фамилии получил её не по имени отца, а за характер или род занятий: был либо медлительным увальнем, либо странником.

Встречаемость фамилии крайне низкая. Основной ареал — Вологодская область и прилегающие районы Архангельской. Там в переписях XVII–XVIII веков фиксируются крестьяне с прозвищем Ваньёй, которые позже стали Ваньёвыми. В центральных губерниях фамилию почти не знают: там предпочли бы форму Ваньков или Ванеев.

Интересно, что фамилия Ваньёва не имеет отношения к женскому варианту Ваньёвой — это просто форма женского рода, которую носила жена или вдова Ваньёва. В современном русском языке фамилия склоняется как типичное притяжательное прилагательное: Ваньёвой, Ваньёву. Встречаются единичные случаи написания через «е» — Ваньева, но это искажение, возникшее при паспортизации, когда букву «ё» заменяли на «е» по невнимательности.

В целом, фамилия Ваньёва — яркий пример того, как диалектное слово и ударение могут рассказать о происхождении больше, чем стандартная отыменная модель. Её носители почти наверняка происходят из крестьянской среды Русского Севера, а их предок был человеком с заметным прозвищем — не Иваном, а именно Ваньём.