Фамилия Варлыгин — пример того, как одно и то же слово может вести к двум совершенно разным историям: к прозвищу по характеру или к церковному имени.

Первый путь — прозвище Варлыга. Его связывают с диалектным глаголом «варлыжить», то есть шататься без дела, слоняться, отлынивать от работы. В этом случае прозвище давали ленивому человеку или бездельнику. Модель образования простая: корень варлыг- плюс типичный русский суффикс -ин, указывающий на принадлежность («чей?» — сын Варлыги). Такие фамилии от прозвищ с отрицательной характеристикой встречаются часто — они не несли оскорбления, а просто закрепляли заметную черту предка.

Вторая версия ведет к имени Варлаам. Варлыга — это просторечная, народная форма этого крестильного имени, которое в переводе с арамейского означает «сын Божий». Имя Варлаам было хорошо известно на Руси: его носил, например, Варлаам Ростовский — заметная фигура XVI века. Он был игуменом нескольких крупных монастырей (Кирилло-Белозерского, Соловецкого, Владимирского Рождественского), а в 1585 году в сане архиепископа Ростовского участвовал в молении царя Федора Ивановича и царицы Ирины «о чадородии» у мощей Сергия Радонежского. В 1589 году он участвовал в избрании первого русского патриарха Иова и вскоре был поставлен митрополитом Ростовским. Если предок носителя фамилии был Варлаамом, которого в быту звали Варлыгой, то фамилия Варлыгин — это отчество от разговорной формы церковного имени.

Какая версия правдоподобнее? Обе возможны, но вторая опирается на реальную ономастическую модель: многие фамилии на -ин образованы от уменьшительных или просторечных форм крестильных имен (Иван — Ивакин, Петр — Петрухин, Варлаам — Варлыгин). Первая версия не менее реальна, но прозвище Варлыга встречается реже, чем имя Варлаам в народном произношении. В любом случае, фамилия Варлыгин — либо «сын бездельника», либо «внук Варлаама», и обе версии укладываются в русскую традицию образования фамилий.