Фамилия Винаров — один из тех случаев, когда корень говорит сам за себя, но не стоит спешить с выводами. Основа «вин-» в русском языке чаще всего отсылает к вину, и логично предположить, что предок был виноделом, виноградарем или торговцем вином. Однако фамилия образована по очень продуктивной модели с суффиксом -арь (обозначающим человека по роду занятий), который затем адаптировался под стандартный патронимический суффикс -ов. То есть изначально прозвище звучало как Винарь — «тот, кто делает или продаёт вино» или, в более широком смысле, «любитель выпить». Со временем «Винарь» превратилось в «Винаров» по аналогии с тысячами других русских фамилий: сын Винаря стал Винаровым.

Но есть и вторая, менее очевидная версия. В южнославянских языках (болгарском, сербском) слово «винар» означает именно «винодел», и фамилия Винаров там очень распространена. На территорию России она могла попасть вместе с переселенцами из Балканского региона, особенно в XVIII–XIX веках, когда шло активное заселение Новороссии и южных губерний. Поэтому для носителя фамилии Винаров стоит учитывать не только русский, но и болгарский след — возможно, предки были не просто ремесленниками, а выходцами из винодельческих районов, где это занятие было семейным делом.

Интересна и словообразовательная редкость. Суффикс -арь в чистом виде встречается в русских фамилиях не так часто, как -ник или -ец. Обычно он остаётся в прозвищах (Пекарь, Пахарь), а при переходе в фамилию обрастает окончанием -ов. Винаров — как раз такой случай, когда мы видим «застывшую» форму: исходное прозвище уже содержало суффикс деятеля, и фамилия просто добавила к нему родовое окончание. Это делает её более «прозрачной» по смыслу, чем, скажем, фамилии на -ин (Винокуров, где корень спрятан за суффиксом).

Географически фамилия тяготеет к югу России и Украине, а также к Болгарии. В центральных и северных областях России она встречается реже. Сословной привязки нет: Винаровыми могли быть и крестьяне, работавшие на виноградниках, и мещане, державшие кабаки, и даже священники (хотя для духовенства такая «мирская» фамилия маловероятна). В любом случае, прозвище указывало на человека, чья жизнь была так или иначе связана с вином — либо профессионально, либо по склонности характера.