Фамилия Женин — одна из тех, где связь с исходным именем прозрачна, но за этой прозрачностью скрывается любопытная словообразовательная деталь. В основе лежит имя Женя — краткая, домашняя форма от Евгений. Греческое εὐγενής (eugenēs) означает «благородный», «из хорошего рода». Однако фамилия образована не от полного канонического имени, а от его обиходного варианта, что указывает на неформальную, бытовую среду возникновения: так могли назвать сына или внука человека, которого в деревне все знали просто как Женю.

Суффикс -ин в фамилии Женин указывает на модель притяжательности: «чей?» — «Женин», то есть сын, потомок или человек из семьи Жени. Это типичная модель для русских фамилий, образованных от имён и прозвищ, оканчивающихся на гласный или мягкий согласный. В ономастике такая форма говорит о том, что прозвище или имя предка было хорошо укоренено в быту и не требовало дополнительных суффиксов вроде -ов или -ев.

Церковное имя Евгений давалось в честь нескольких святых, в том числе священномученика Евгения, пострадавшего за веру в Северном Причерноморье. Но народная форма Женя, от которой пошла фамилия, к официальному церковному почитанию прямого отношения не имеет — это чисто разговорное сокращение, которое в XIX веке уже было настолько распространено, что воспринималось как самостоятельное имя.

Фамилия Женин встречается в основном в центральных и северных областях России, реже — на юге. Это объясняется тем, что модель на -ин исторически преобладала в новгородских и владимирских землях. Если сравнивать с однокоренными фамилиями — Евгеньев, Женев — то Женин стоит особняком: она самая короткая и самая «домашняя», без книжного налёта. В ней слышится не официальное «Евгений», а обращение, которым человека окликали в семье или среди соседей.

Таким образом, носитель фамилии Женин может с уверенностью сказать, что его предок был человеком, которого в обиходе звали не по полному имени, а по-простому — Женя. И эта бытовая метка закрепилась как родовое имя на несколько поколений.