Фамилия Жевнина — яркий пример «материнской» фамилии, образованной по самой распространённой в русском языке модели: от женского имени или прозвища через суффикс -ин. Вопреки бытовому мнению, такие фамилии не обязательно указывают на внебрачное происхождение. В крестьянской среде и среди мещан прозвище или имя матери (Жевна) могло закрепиться за детьми, если женщина после смерти мужа вела хозяйство или была заметной фигурой в общине.

Корень фамилии — слово «жевна» или «жёвна», которое в диалектах русского языка означало «жернов», то есть мельничный камень. Вероятно, прозвище Жевна давали либо мельнику, либо человеку с тяжёлым, «каменным» характером, либо тому, кто постоянно жевал — от глагола «жевать». Северные и южные говоры сохранили форму «жёвны» в значении «челюсти, скулы», что тоже могло стать основой для прозвища: так могли назвать кого-то с массивной челюстью или привычкой ворочать ею во сне.

Мужской вариант фамилии — Жевнин — встречается в основном в центральных и южных областях России, особенно в Воронежской и Рязанской губерниях. Там же фиксируются однокоренные фамилии Жевнеров, Жевняк, что подтверждает связь с мельничным делом: в этих регионах было много водяных мельниц, а жернова — главный рабочий инструмент мельника.

Форма Жевнина нередко встречается в документах XVII–XVIII веков, когда в переписях детей записывали по матери-вдове. Если отец умирал рано, а мать оставалась главой двора, фамилию давали по ней. В отличие от фамилий на -ский, которые часто указывали на дворянское или духовное происхождение, Жевнина — демократичная, крестьянская или посадская фамилия, без сословной окраски.

Любопытная деталь: в некоторых говорах «жёвна» означала не только жернов, но и «зазубрину, щербину» на инструменте. То есть прозвище могло достаться человеку с неровными зубами или шрамом на лице. Но основная версия остаётся мельничной, и она логичнее: на Руси профессиональные прозвища давали чаще, чем описательные.